Месяц семи дождей, 1003 год.

Заговоры в Империи драконов, оккупация территорий людей, тёмные махинации Верховного Пастыря и другие проблемы.

С

бежавшая императрица

Любовь, коварство, месть или борьба за честное имя? Какие мотивы двигали тобой, когда ты решила соблазнить самого Императора? Какими ты руководствуешься теперь, когда осталась за бортом дворцовой жизни, потеряла родителей, связи и объявлена вне закона? Мы ждём тебя для напряженной политической игры, ну и, конечно, для любви.

Х

рабрая сердцем

Аими, фея. Кто бы знал, что в таком маленьком тельце может скрываться столь храброе сердце? Увидев эльфийку, попавшую в ловушку, фея кинулась на помощь, но что она могла против драконов? Над ней лишь посмеялись и похитили вместе с эльфой. Аими предстояло стать игрушкой, питомцем в человеческом доме... Но иногда судьба складывается совсем по-другому.

По-волчьи выть

Ишью, оборотень. Ты сбежал из Королевства людей и укрылся на землях гномов и эльфов. Израненного тебя нашла светлая эльфийка Мармилирэя, вылечила и ты остался жить среди эльфов. Ты несколько раз предлагал Марми руку и сердце, но она отвечала отказом. Услышав его в очередной раз, ты ушел вместе со мной в столицу. Твоё сердце разбито, но у тебя есть цель — украсть королевский скипетр.

М

ежду двумя огнями

Мерседес живёт при королевском дворе и занимает должность фрейлины с тех пор как стало известно о её свадьбе с маркизом Вальгарда. И всё было бы хорошо, если бы в судьбу не вмешались драконы, вынудившие королевскую семью искать приюта в Адаминде, где Мерседес нашла не только новый дом, но и первую любовь.

Проклятые земли

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Проклятые земли » Мгновения прошлого » Ик’кер лисc шеррат ар эллес ашен мир’нитасс


Ик’кер лисc шеррат ар эллес ашен мир’нитасс

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://forumfiles.ru/uploads/001a/1a/80/5/186935.png

Свернутый текст

Ик’кер лисc шеррат ар эллес ашен мир’нитасс – в переводе с древнего наречия драконов означает «Да услышат боги наши клятвы и даруют свою милость».

Сюжет или личный эпизод: сюжет
Участники: Кора нис Ятх'Эзаир Катилиан, Керкетхе Рах'Эмар Ше'Детх
Время событий: 1 день месяца заката 1001 года
Место: Ашхабар, Императорский дворец
Описание эпизода: Коварный замысел удался - состоялся переворот, но зачинщикам удалось скрыться. Пусть наследная принцесса еще не совсем отошла от смерти отца, но империя не может надолго оставаться без главы, рискуя погрязнуть в новом витке межклановых войн за власть. Состоится грандиозная свадьба и коронация нового императора.

+1

2

Дворец шумел как никогда за последние несколько месяцев, но в отличие от предшествующих событий сейчас повод был наиболее жизнерадостным – в этот день должна была состояться главная свадьба империи. Кора нервно поежилась, словно от легкого прикосновения ледяного ветерка, пробежавшего по спине, и продолжила расхаживать по покоям в ожидании наставницы и жриц, которые должны были помочь с облачением в свадебный наряд – назвать его просто платьем не поворачивался язык. Роскошное одеяние из нескольких слоев тончайшего эльфийского кружева, расшитое платиновыми нитями с вкраплениями бриллиантов чистейшей воды у лучших мастериц расположилось в центре комнаты. Длинный подол, без единой складочки, был расправлен, и меряющая шагами пространство принцесса старательно обходила его всякий раз проходя мимо, опасаясь ненароком наступить, а уж о том, чтобы попробовать надеть самостоятельно не могло быть и речи.

«Кто бы мог подумать, что моя свадьба состоится сегодня, намного раньше запланированного срока?» – состояние волнения, которое испытывает, наверное, каждая девушка в этот знаменательный день усугубляло эмоционально-неуравновешенное состояние Коры. Несовершеннолетняя драконица, которой предстояло стать самой юной императрицей в истории все еще не могла отойти от того жесточайшего удара судьбы, который ей довелось испытать несколько месяцев назад. Воспоминания о убийстве отца и вероломное предательство Хранителя, которого принцесса с детства считала лучшим другом до сих пор мучили ее.

Первые несколько дней после случившегося, когда она еще пребывала в состояние полного неведения в особняке Керкетхе, девушка попросту изводила себя. Она практически ничего не ела и не спала, разрываясь от желания побыть одной, чтобы никто не видел ее слез и панического страха остаться в одиночестве. Мысли о произошедшем не давали ей покоя, вновь и вновь возвращая Кору в тот роковой момент, когда кровь ее родителя окрасила пол трапезной залы. И если бы не Керкетхе, каким-то чудом сумевший вывести ее из дворца, то наверняка империя лишилась бы еще и кронпринцессы. От жениха все так же не было вестей и раз за разом девушка изводила Альеша вопросами не видел ли тот возвращения господина, но немой прислужник с сочувствующим выражением лица лишь отрицательно качал головой.

Наконец жених возвратился и почтил драконицу своим визитом. Было заметно невооружённым глазом, что он очень устал, но все равно первым делом зашел проведать невесту – как и обещал. Принцесса встретила его с искренней надеждой и чувством облегчения. Но новости он принес неутешительные – из проведенного расследования удалось установить, что заговор с целью убийства императора и его дочери принадлежал ее новоявленной мачехе и… Хранителю. Кору тогда так потрясло услышанное, что она уставилась в стену взором потемневших от бессильной ярости глаз, отказываясь принимать это, а тонкие пальцы принцессы крепко сжали ладонь сидящего рядом Керкетхе.
Она понятия не имела, что между ними был тщательно скрываемый роман, но это подтверждали найденные в покоях изменников письма. Несколько отойдя от ступора, она почувствовала как ее подобно языкам пламени охватывает праведный гнев на эту недостойную всей оказанной чести лживую «постельную девку», которая при всех богах клялась в верности ее отцу, а сама только и думала как бы от него избавиться. «Не зря она мне не понравилась с самого начала, не зря» - продолжала мысленно укорять себя Кора, прокручивая раз за разом в памяти момент, когда отец объявил ей о своей скорой свадьбе на фаворитке. Тогда принцесса восприняла эту новость со здоровой долей скептицизма в решении родителя и даже пробовала отговорить его. Но Шатцилиам не прислушался к чуткой интуиции дочери, ласково погладил Кору по щеке и сказал, что скорее всего в ней говорит ревность, но это нормально и не смотря на его желание впустить в семью женщину, она все равно останется его любимой девочкой. И вот к чему это привело.

А вот предательство Аль’Ферхата было полной неожиданностью, своеобразным кинжалом в спину. И обеспокоенность его отсутствием у ее покоев во время нападения и дальнейшей судьбой резко сменилась какой-то лютой ненавистью и презрением. Кора сама не предполагала, что она способна настолько сильно ненавидеть. Даже Тайриса, имя которой, впрочем, как и хранителя, драконица запретила упоминать в своем присутствии, не удостоилась подобного уровня ненависти.

Но стоило Керкетхе оставить невесту как на место обжигающей ярости пришла боль – всепоглощающая, словно окутывающая плотным облаком тумана и ничто не могло ее развеять и принести облегчение раненной душе принцессы, поневоле вкусившей гнилой плод предательства. Оставаясь наедине с собой, она постоянно плакала, не в силах сдержать эмоции, стараясь выплеснуть душащую ее боль наружу, но все было тщетно. Боль потери отца, друга, бесконечный водоворот мыслей о предательстве, о том, что она осталась совсем одна, сводили юную драконицу с ума. Но в присутствии жениха, советников, и вообще кого угодно она старалась держаться, как только могла. «Я должна быть сильной. Не должна показывать слабости. Слезы — это слабость». – повторялись из раза в раз мысли в ее голове.

Один раз только выдержка изменила ей. В тот день ей пришлось вернуться во дворец, покинув особняк Керкетхе, чего делать Кора совсем не хотела, но понимала, что не может вечно прятаться. Все же она принцесса и подданные должны иметь возможность лицезреть ее, не смотря на всю скорбь по отцу, маска траура не давала ей повода избегать всех официальных приемов. Дворец встретил свою блудную дочь неожиданной тишиной и спокойствием, так разительно отличающимся от той суеты и неразберихи, в которую она была вынуждена его покинуть и казалось, что ничего не предвещало беды. Нацепив на лицо нейтральное выражение, принцесса насколько могла любезно общалась с встретившими ее придворными, погружаясь в столь привычную ранее светскую среду, без которой не представляла свою жизнь, не обращая особого внимания на то, куда именно они ее ведут. До тех самых пор пока не вошла в трапезную залу, где произошло вероломное убийство ее родителя. Драконица мигом побледнела, а в памяти вновь всплыла та ужасающая картина. Губы Коры задрожали, а в широко распахнутых глазах появились слезы. Она отчаянно пыталась вдохнуть, но тело словно отказывалось подчиняться, не давая сделать глоток воздуха, как будто неведомая сила сжимала горло девушки стальной хваткой. Она попятилась назад, до тех пор, пока не покинула комнату и наотрез отказалась возвращаться обратно, ни под каким предлогом, так же как отказалась от своих покоев, перебравшись в гостевые. По ее просьбе и приказу Керкетхе в трапезной произошла капитальная смена обстановки и отделки интерьера, чтобы не осталось ничего, что напоминало Коре о произошедшем там зверстве. 

Сейчас она уже почти избавилась от кошмарных снов, преследующих изо дня в день, но все равно не могла заснуть если в комнате не горели свечи. И почти перестала принимать успокаивающие настои, рекомендованные лучшим придворным лекарем. А в груди навечно поселилась тупая боль, изредка ворочающаяся, как змея, пытающаяся устроиться поудобнее и каждым движением причиняя страдания. Драконица не могла простить предательства, не могла смириться, не могла забыть. И даже сейчас в день своей свадьбы это чувство лишь усиливалось в следствие несколько нервозного состояния юной невесты.

Она остановилась перед большим зеркалом, которое доставили в ее покои специально для примерки свадебного наряда, и пристально всмотрелась в отражение. «Как ты мог со мной так поступить?!» – в очередной раз всплыл из глубин сознания не дающий покоя вопрос, пока драконица изучала свое несколько бледное, но все равно такое прекрасное лицо, едва касаясь кончиками пальцев гладкой прохладной поверхности. Изображение слегка размазалось и поплыло от выступивших слез, что только разозлило Кору. Нет! Она не станет плакать! Не в этот день. А предатели, нарушившие клятвы верности и чести, получат по заслугам. И милосердия принцесса не проявит, заставив беглецов сперва сполна прочувствовать горечь поражения и лишь затем заплатить кровью за содеянное. От мыслей о мести и справедливом по меркам драконов возмездии в душе разлилось согревающее тепло, подобное ласковым лучам закатного летнего солнца, под которыми драконица любила нежиться, не рискуя нанести сильный вред чувствительным к свету глазам.

Тишину покоев принцессы, бесцеремонно нарушая уединение девушки, прорезал негромкий стук в дверь. Кора помедлила, аккуратно стирая слезы с глаз белоснежным платочком, стараясь не повредить свадебный макияж и только удостоверившись, что выглядит идеально дала разрешение войти.

+2

3

Два месяца прошло и за это короткое время Керкетхе словно постарел на несколько долгих лет — так ему казалось. То, что видели окружающие будущего императора волновало мало. И вроде день его триумфа настал, но он не чувствовал радости, лишь усталость от попыток сделать свою ложь правдоподобной настолько, чтобы ни у кого и тени сомнений не возникло в его искренней преданности принцессе и империи. Впрочем, последнее было истиной. Дорвавшись до власти, пусть пока и не официальной, Рах’Эмар делал всё возможное, чтобы государство процветало. Он вычищал ряды предателей и клятвопреступников, вел сложные, под час длящиеся по несколько суток, переговоры с главами кланов, утрясал возникающие противоречия и распределял, образовавшиеся ниши. Драконы должны были видеть, что власть в крепких руках, пусть эти руки и испещрены морщинами. Возраст не помеха острому уму и хитрости, а процветание драконьего общества единственная цель будущего императора. Да, он уже не молод, но опытен и дальновиден. У него есть стратегия и никакие иллюзии юности не подчинят его себе. Иллюзии, которые так внезапно сгубили предшественника.

По началу общество гудело, не сразу поверив в произошедшее, не видя логики в помыслах, сбежавшей императрицы, но тщательно проведенное расследование, обнародованная любовная переписка, четкий план захвата и поддержка древнейшего клана за плечами — всё это могло сработать. Беременная Тайриса осталась бы править  под чутким руководством отца и никто не мешал бы её любви к хранителю, а в сговоре и убиение Императора и его дочери обвинили бы охрану дворца. Керкетхе были даже на руку донесения наблюдателей о том, что Тайриса нашла укрытие среди песчаников. Эти слухи дали основания считать их причастными к заговору и история в глазах несведущих выглядела более реалистичной. А он мог продолжить расследование, усложнившееся теперь обособленностью живших в песках собратьев.

Произошедшее с Шатцилиамом, как бы вероломно и мстительно Керкетхе не спланировал эту смерть, не прошло для него бесследно. Шатци был его единственным другом и потеря больно ударила Рах’Эмара в обычно остававшееся холодным сердце. Пустота, образовавшаяся на месте редких долгих разговоров, совместных путешествий и споров, общения не по долгу службы, но по личному выбору оставила глубокую трещину. И глядя на Кору в те редкие вечера, когда поток навалившихся дел позволял, разделить с ней трапезу, Керкетхе не знал, что теперь делать. Судьба, которая ей уготована, не завидна под каким углом не смотри. Слишком юная, чтобы испытывать на прочность. Слишком покалеченная и без новых испытаний. Рах’Эмар презирал себя за жалость к этому осиротевшему ребёнку, о котором поклялся заботиться так давно, что не мог теперь нарушить эту последнюю клятву. Особенно, когда сам виновен в смерти её отца. Хитроумный капкан — который он расставил и в который сам же и угодил. И теперь всё, что в его силах сделать продолжать играть роль заботливого жениха. Оставаться тем, кого она привыкла видеть.. по крайней мере до того момента, когда эту маску придется сбросить.

— Моя дорогая принцесса, — вкрадчивым голосом сказал Рах’Эмар, прикрыв за собой дверь и по обыкновению опираясь на трость, входя в покои девушки. Он остановился прямо перед платьем, не хотя рассматривая его с придирчивым взглядом, словно пытаясь определить достаточно ли средств было на него потраченно и выполнен ли его приказ — не жалеть ни эльфийских рук, ни денег и цокнув языком, по-видимому оставшись довольным, Керкетхе обошел его дугой и встал напротив принцессы с не меньшим вниманием вглядываясь в её лицо. — Я знаю, что этот день сложно назвать счастливым, но надеюсь мой скромный подарок сможет тебя порадовать, — скупо улыбнувшись, он протянул невесте бархатную коробочку внутри которой ждало своего часа ожерелье с прекрасным рубином в затейливой оправе, украшенной более мелкими камнями, словно капельками крови застывшими на причудливых завитушках.

+2


Вы здесь » Проклятые земли » Мгновения прошлого » Ик’кер лисc шеррат ар эллес ашен мир’нитасс